Архив
 |
 |
 |
|||
|
|
|||||
последние номера
Издания:|
|
| Архив / 2002 / Гривна-СВ / № 50 / Жизнь патрульно-постовая |
|
Жизнь патрульно-постоваяОлег ГРУШКО // Гривна-СВ № 50 (57) 14.12.2002 (стр. 03) В повседневной жизни мы чаще всего видим на улицах среди людей в погонах инспекторов ГАИ или наряд патрульно-постовой службы. Отношение к последним довольно-таки неоднозначное. Большинство обывателей считает, что главная задача наряда ППС (в милицейской среде их прозвали «пэпсами») – почистить карманы пьяному. С нарядом ППС Суворовского районного отдела милиции «нес службу» на улицах ночного Херсона корреспондент «Гривны»
Суточный наряд как в армии, так и в милиции начинается с развода. Перед выходом на маршруты милиционерам зачитали последние ориентировки по розыску преступников и угнанного автотранспорта. В перечне автомобилей мелькнул даже «Мерседес» вице-премьера, который угнали с Банковой улицы Киева. С трудом верится, что лимузин представительского класса занесёт на херсонские ухабы. Но заступающие в наряд старательно записывают госномер и цвет машины. В строю – кадровые милиционеры, солдаты срочной службы милицейского батальона, а также стажеры из различных милицейских служб. Будущим милиционерам, среди которых есть и представительницы прекрасного пола, необходимо около месяца патрулировать улицы нашего города. Хотя какая может быть польза от девушек, необученных и безоружных, если возникнет кризисная ситуация? Мои размышления обрываются командой об окончании развода. С заместителем командира роты капитаном Виталием Яценко на УАЗике выезжаем на маршрут. Патрулируемая территория довольно-таки значительная: центр города, Таврический, Северный микрорайоны. Кстати, последние считаются наиболее криминогенными. Проезжаем ещё одну «горячую точку» – железнодорожный вокзал. Здесь зона ответственности делится с транспортной милицией. На лавочке, освещённой ярким светом витрин киосков и магазинов, спит беспризорник. Один из патрульных будит его. Малолетка открывает глаза и пытается сесть. «Нанюхался», – констатирует факт водитель милицейского УАЗика. Диагноз подтверждает найденный в кармане куртки подростка целлофановый пакет с тремя тюбиками клея «Момент». Вещдок тут же предаётся «аутодафе» и горит ярким пламенем в ближайшей урне. 13-летнего пацана отвозим и передаём в дежурную часть. Утром его направят в детский приёмник-распределитель. Но, как показывает практика, затосковав по вольной жизни, он сбежит. И через несколько дней наряд опять встретит его практически на том же месте. Под убаюкивающий гул мотора милиционеры рассказывают о своей службе. За сутки каждого находящегося в наряде «увольняют» до десятка раз. Любят это делать в основном граждане, которые находятся в изрядном подпитии. «Ты уволен!» или «Завтра тебя здесь не будет!» Такое милиционерам приходится слышать каждый день. «В последнее время даже бомжи взяли моду нас увольнять», – «жалуется», смеясь, капитан Виталий Яценко. Луч фар выхватывает разлегшегося на тротуаре по улице Советской пьяного «в дым» гражданина. От опухшей, небритой физиономии несёт «сивухой» на изрядное расстояние. Потрепанный внешний вид позволяет определить социальное положение ночного скитальца одним словом – бомж. Старший автопатруля, заметив «фонари» на лице мужчины, вызывает «скорую» и поясняет: «Забери мы его в приёмник, а он, может, на последнем издыхании и в камере протянет ноги. Потом на нас избиение повесят». Приехавшая через 10 минут бригада «скорой помощи» восторга не проявляет, но бомжа увозит с собой. «До ближайшего поворота», – замечает один из милиционеров. Хрипит рация, называя наш позывной: «Проверьте кафе на улице Горького». Подъезжаем на место. Несмотря на поздний час, в густом сигаретном дыму народ гуляет во всю широту славянской души. Обстановка спокойная. Вызов сделала клиентка, которая недополучила 2 гривни сдачи от барменши. Возникшая между ними словесная дискуссия изобилует ненормативной лексикой, в которой попадается лишь одно литературное слово – «собака» (женского рода). Следующий вызов – в Таврический микрорайон. С опорного пункта доставляем в райотдел задержанного наркомана, который при себе имел шприц, заряженный какой-то гадостью. Один из милиционеров вспоминает, как наркоман, сидя в кабинете у следователя в наручниках за спиной, умудрился сожрать лежавшие на столе завернутые в толстый слой бумаги таблетки «экстази». Задержанного сдают в райотдел, и автопатруль опять выезжает на маршрут. Сегодня у милиции немало проблем. Одна из них – правовая. Некоторые хулиганистые граждане на следующий день после задержания заявляют, что у них в кармане была крупная сумма денег. Начинается бумажная волокита расследований. Подключается прокуратура. В итоге истинная причина задержания как-то забывается. У «главного героя» этого происшествия вырастают ангельские крылья, и он превращается в потерпевшего. Милиционеров, попавших под колесо разбирательств, отстраняют от службы. Как-то один гражданин, обидевшись на задерживавших его сотрудников спецподразделения «Беркут», настрочил заявления во все инстанции, вплоть до администрации Президента Украины. Ныне он, по причине занятости, игнорирует вызовы следователей. А бойцы «Беркута» уже три года находятся не у дел и без зарплаты. Кстати, я долго не решался задать вопрос об очистке карманов у пьяных. Ответом был смех: «Да их до нашего появления сто раз почистит шпана. По физиономии съездят, чтобы “клиент” не дергался. Потом с бесчувственного тела проходящие мимо бомжи снимут штаны. Когда мы подбираем бродягу в “нирване”, он даже мычать не в состоянии, а утром не может припомнить, как его в райотдел транспортировали». Спустя некоторое время вызов в одно из общежитий на проспекте 200 лет Херсона подтверждает правдивость этих слов. В холодном коридоре общаги в рубашке, трусах и носках, прикрывшись одеялом, сидит пьяный в дым парень лет 20-22. Увидев нас, он, едва ворочая языком, выражает недовольство: «Ну наконец-то! Сколько вас ждать можно!»Вахтерша поясняет: ввалился минут 10 назад и начал плакать, что его ограбили. Старшему патруля с трудом удается выяснить, что парень хорошо погулял в близлежащем кафе. Подъезжаем к указанному месту, а кафе уже два часа закрыто. Делаем большой круг, но подозрительные личности с охапкой награбленного не встречаются. Возвращаемся обратно. Парень открывает глаза и выдаёт: «Ну наконец-то приехали, сколько вызывать можно!» «Полная амнезия», – вздыхает сержант. Безпорточного грузим в машину и отвозим в райотдел. Там, увидев милиционеров, парень начинает взывать к капитану в новой синего цвета форме: «Летчик, забери меня отсюда!» Потом требует позвонить в 6-й отдел по борьбе с организованной преступностью. Дежурный с серьёзным видом говорит, что свободна линия только с министром. Дискуссия прерывается, когда двое сотрудников милиции затаскивают в помещение двухметрового «бугая», который совершил кражу в близлежащем супермаркете. Охрана задержала его и передала милиционерам, но на улице жулик бросился бежать. Его догнали, однако он оказал такое яростное сопротивление, что один из правоохранителей получил травму. Детина вдруг начинает рыдать как ребёнок и его отправляют в КВЗ (камера временного задержания). «А что ему светит, года два?» – наивно интересуюсь у дежурного лейтенанта. «Ага! Сейчас ему адвокат кучу характеристик с производства и от соседей натащит, что он друг детей и защитник животных. Позже в суде ему дадут условный срок с отсрочкой приговора, парень почувствует себя безнаказанным и опять наломает дров». К полуночи возвращаются с улиц города наряды, и старшие начинают писать рапорты о событиях, происшедших за дежурство. Суворовский район остаётся охранять один единственный автопатруль с лимитированным запасом бензина – 10 литров на сутки. Выезжает он лишь на резонансные преступления или, как шутят сами милиционеры, «на кровавую Мэри». Автору недавно довелось побывать в Белгороде. Там спальный район города, по площади равный нашему Шуменскому микрорайону, объезжают круглосуточно 2-3 автопатруля. Плюс 4-5 пеших групп прочесывают скверы, детские сады и прочие места, где не проехать автомобилю. Итогом такой работы стало сведение к минимуму уличных преступлений. У нас же по ночным улицам гулять небезопасно. В лучшем случае почистят карманы и разденут, в худшем – можно оказаться в реанимации с проломленным черепом и сломанными ребрами. «Для того чтобы граждане чувствовали себя в безопасности в течение суток на городских улицах, нам необходимо 20 автопатрулей», – поясняет сложившуюся ситуацию начальник областной милиции генерал-майор Анатолий Науменко. Жизнь патрульно-постового он знает не по докладам, а по трехлетней службе постовым милиционером. «Сотрудники ППС практически весь свой рабочий день находятся на улице, в эпицентре многих происходящих событий, – продолжает генерал. – Им приходится раскрывать преступления по горячим следам, обеспечивать правопорядок на демонстрациях и других массовых мероприятиях. Но проблемы, которые стоят перед ППС, понимает только милицейское руководство и граждане, попавшие в беду. Последние спрашивают: “Где милиция? Почему так поздно приехали?” А у нас всего три автопатруля и до 60 вызовов в сутки. Сегодня можно отметить три направления развития ППС: комплектование профессионалами, увеличение численности и развитие материально-технической базы. Без городского финансирования это невозможно. В прошлые годы наши запросы к городским властям и депутатам оставались без ответа. Сейчас, как говорил общеизвестный политический деятель, процесс пошёл. Последняя сессия выделила сто тысяч гривен, на которые мы приобретём четыре автомобиля. Но это – капля в море. Мы рассчитывали на большее, но депутатский корпус решил иначе». С нового года, согласно бюджетному кодексу, органы местного самоуправления не имеют права финансировать милицию. Одновременно в проекте бюджета на 2003 год не предусмотрена статья расходов на содержание участковых, сотрудников ГАИ и патрульно-постовой службы. В последние годы из-за недостаточного финансирования эта служба сокращена вдвое. Теперь из-за «забывчивости» народных избранников эти подразделения под угрозой полного сокращения. Конечно, руководство МВД будет искать варианты выживания служб, например, переводить формально на штат в другие подразделения. Или же опять попытается убедить депутатов Верховной Рады либо увеличить финансирование, либо принять «Закон о местной милиции». Пока же ситуация – без изменений. |