Владимир Сальдо: «Нужны деньги.Большие деньги...»

«В больнице я не был мэром»
- Владимир Васильевич, вы никогда не скрывали, что вы достаточно обеспеченный человек, а потому могли позволить себе лечение в киевской «Феофании», в любой клинике за границей… Почему вы выбрали именно херсонскую больницу?

- Тот ремонт, которому подвергли мой организм, прекрасно сделали и здесь. Конечно, я консультировался с врачами, есть у меня знакомые и друзья и за границей, и в Киеве, и в Москве, но оперироваться я решил в Херсоне. Наши специалисты по уровню своей квалификации не ниже, чем за границей. Ну, а самое главное – дома и стены помогают. Ведь одно дело – сделать операцию, а другое – пройти период реабилитации, выздороветь. Спасибо врачам из больницы Суворовского района, все прошло успешно.

- Увидев изнутри, как обстоят дела в херсонской медицине, не захотелось ли вам сделать какие-то оргвыводы, пересмотреть приоритеты бюджетного финансирования в сторону здравоохранения? Ведь не секрет, что не все херсонцы довольны уровнем оказания медицинских услуг.

- Специалисты у нас самые лучшие. А материально-техническая база… Она в том состоянии, которое мы можем себе позволить. По уровню диагностики херсонские больницы ничем не хуже киевских. Конечно, оборудование не самого последнего поколения, зато ведущих мировых фирм. Ремонты, конечно, в палатах еще не те, что за границей, кровати старые...

- Все-таки вы – не обычный человек, Владимир Василье­вич, к вам было явно другое отношение…

- Поверьте, в больнице я не был мэром.

- Возможно, под наркозом, и не были, но все понимали, что когда вы очнетесь, то станете им.

- Я лежал в обычном отделении, как и все, в обычной палате, а не где-нибудь в кабинете главврача.

«Я не флюгер»
- Сейчас уже нет сомнений, что вы будете бороться за кресло мэра в следующем году.

- За кресло бороться я не буду. Мэр – это человек, который работает. Может, у других претендентов как раз другое представление. Наверное, кому-то важно быть мэром, человеком известным и публичным. Но я уже четко знаю, что мэром надо работать. А в избирательной кампании я буду принимать участие для того, чтобы продолжить делать то, что я начал – улучшать состояние городского хозяйства.

- Ну а чем вы лучше ваших потенциальных конкурентов?

- Если вы хотите сделать ремонт в квартире, то кого пригласите? Думаю, что мастера, который себя зарекомендовал, о котором хорошие отзывы. Главное, что у этого человека будет опыт. Так ведь?

- Это спорный вопрос насчет опыта. Молодой специалист, энергичный, владеющий новыми технологиями, имеющий креативный, незакостенелый подход, может оказаться лучше, чем мастер, работа­ющий по старинке.

- Креативный, новый подход, наверное, кого-то заинтересует, но большая часть людей будет руководствоваться такими критериями как опыт, рекомендации, результаты.

- Стало быть, себя вы считаете именно хорошим грамотным специалистом?

- Я знаю городское хозяйст­во лучше, чем те, кому хочется занять пост мэра. В этом я уверен. Когда я шел первый раз работать мэром, то так не бахвалился. Наоборот, я волновался – смогу ли справиться. По истечении 8 лет я намного лучше знаю городское хозяйст­во, но, как известно, предела совершенству нет.

- Вы часто говорите, что мэр должен быть прежде всего хозяйственником, а не политиком. Тем не менее партбилет вы не сдали и не собираетесь этого делать. Как вы думаете, может, стоит градоначальнику, вступая в должность, спрятать партбилет и сказать – я хозяйственник, в «играх» не участвую? Ведь политические интересы, взгляды, необходимость придерживаться некоего курса, поддерживать членов своей партии – всё это давит, накладывает некие обязательства.

- Построение системы государственного управления, в структуре которого и местное самоуправление, базируется на политической платформе. Верховная Рада формируется по спискам политических партий, соответственно из тех же рядов выдвигаются и государственные управленцы. На местах та же картина. Я бы и хотел, если честно, чтобы политика не вмешивалась в хозяйственные дела, но реальность другая. И то, что я являюсь членом Партии регионов, помогает решать те вопросы, которые стоят перед городом.

- Вы ездите в Киев решать вопросы как мэр или как член партии?

- Еду как мэр, но в полной уверенности, что я член той партии, которая, будучи у власти, показала себя как силу, где много высококвалифицированных управленцев.

- Вы говорите о периоде, который прошел. Сейчас премьер-министр у нас из другого лагеря. Получается, вам, приезжая в Кабмин, надо позиционировать себя исключительно как мэрахозяйственника, спрятав партбилет.

- Надо уметь жить в существующих реалиях. Всегда выгодно работать честно. Уважают ведь принципиальных, а не тех, кто бегает из одного лагеря в другой. Сегодня один премьер, завтра другой, послезавтра – третий… Я не флюгер.

О рынках и маршрутках
- Если перейти от проблем общегосударственных к местным, то нельзя не спросить, что происходит с нашим коммунальным рынком? Почему дерутся люди? Там что, деньги большие «крутятся»?

- Различные политико-экономические группы борются за влияние и возможность управлять финансовыми потоками. Когда я пришел работать городским головой, был конфликт на рынке по улице Белинского. Все то же самое – только немного поменялись персоналии.

- С рынком «Кристалл» все понятно – он никогда не был коммунальным, принадлежал частным лицам. Сейчас же речь идет о коммунальном рынке, который подконтролен городской власти. Что делят на коммунальном рынке?

- Давайте вспомним, как всё начиналось. Решили узаконить стихийные рынки, с которых городской бюджет ничего не получал. Дело было в 2003–2004 годах. Тогда тоже был конфликт – торгующим перемены были ни к чему. Переломили ситуацию – рыночный сбор начал в бюджет поступать. Сейчас предприниматели, которые работают на этих рынках, окрепли. Причем до такой степени, что начали поддаваться влиянию различных групп. Началась возня на тему, кто же под себя «подгребет» коммунальный рынок и будет его контролировать. И речь о городской общине уже не идет.

- Это же абсурд! Рынок-то коммунальный, тут не должно быть места бизнесу, город должен всем заниматься. Схема прямая и понятная: есть коммунальное предприятие, оно работает и перечисляет деньги в бюджет. Откуда же взялись какие-то кланы?

- Есть технологии, которые позволяют, используя законодательные прорехи, подчинить коммунальный рынок определенным структурам. Это рейдерство.

- У нас хотят украсть рынки, а вернее, землю, которая под ними, забрать у города ресурс? Неужели город не в состоянии сам контролировать это предприятие?

- Украсть – это не то определение. Они ж его не вывезут. Бизнесмены хотят получить контроль над рынком, переподчинить его себе.

- Каким вы видите разрешение этой ситуации?

- Моя позиция четкая: предприятие должно оставаться в статусе коммунального. И все. Его лихорадит, потому что его 3 года долбят непрерывно, терроризируют: то вы мало платите, то не так платите. К чему это привело? Теперь никто ничего не платит в бюджет. Так что мы найдем туда нормального руко­водителя, он будет работать, если ему, конечно, дадут, и не надо никаких посредниче­ских структур вроде «Кимиса» и «Димитровского рынка». Их приход было вынужденной мерой, когда исполком принял решение ликвидировать коммунальное предприятие.
А раз ликвидировали, то кому-то надо поручить собирать рыночный сбор. Это был предлог, оказывается была стратегическая цель – прибрать к рукам все предприятие. Сейчас я уверен – надо оставлять коммунальное предприятие «Коммунальный рынок» и точка.

- Так убедите в этом депутатов!

- Стараюсь. Только ж решение принимается большинством голосов, вот и убеждаем. Часть депутатов уже поняли. Но это часть…

- Есть у нас еще одна больная тема – маршрутки. Как послушаешь перевозчиков, так они концы с концами не сводят, все дорожает, кредиты нечем платить, водители в голодных обмороках. И на этом фоне идет настоящая война за выживание, со стрельбой и блокированием движения. За что перевозчики борются?

- Мы сейчас снова втянемся в обсуждение вопросов, которые и так постоянно на слуху. А ведь город не живет только этим…

- Вопрос транспорта касается тысяч людей, херсонцы хотят безопасности, комфорта. Если этого невозможно достичь в нынешней ситуации, может, стоит искать другие пути, приглашать фирмы из других городов, готовиться к конкурсу, который пройдет в следующем году, уже сейчас?

- Я хочу задать вопрос: нужно ли всё ломать? Устроит ли горожан такой подход, это будет полезно? Может надо идти эволюционными методами?

- Иногда хирургическое вмешательство эффективнее, чем длительное, ни к чему не приводящее лечение. И вы должны принять решение, как поступать.

- Как управленец я должен принимать прогнозируемые решения. Ломать надо так, чтобы иметь возможность контролировать ситуацию. Вопрос пассажирских перевозок и их качества всегда актуален. И мы всегда будем создавать условия для улучшения ситуации. Путь решения лежит в нормальном системном подходе. Уже есть предварительная договоренность с профильным институтом по изучению пассажиропотока и маршрутной сети.

- Владимир Васильевич, неужели до таких мудрых мыслей как необходимость заключать договор с институтом, изучать пассажиропоток, вводить ограничения, нельзя было дойти раньше? Те, не побоюсь этого слова, открытия, которые сделал депутат Осолодкин, на любительском уровне вместе со студентами изучив вопрос соблюдения графиков движения транспортом, произвели впечатление. У депутатов на лицах читалось удивление, прямо глаза у многих открылись. Хотя мало кто из них ездит в маршрутках. Оказалось, что раньше все только говорили о проблеме, а тут один человек, непрофессионал, показал, как всё есть на самом деле.

- Проблемой транспорта занимались всегда. Нельзя говорить, что ничего не делали. Осолодкин показал лишь одну проблему – отсутствие дисциплины. Это отражается на несоблюдении графиков. Но в нашей стране столько всего не соблюдается… У нас столько законов напринимали, что стоит вопрос, кто обеспечит контроль за соблюдением и выполнением законов. Если бы депутаты меньше болтали, а, как Осолодкин, больше внимания обращали на конкретную отрасль, это бы помогло со­вместно быстрее решать проблемы. Плюс еще необходимо взаимодействие со всеми, кто может быть полезен и, конечно, финансы. Заказать проект – это деньги, их надо предусмотреть в бюджете.

- Почему же власть не предпринимала конкретные шаги, почему не предусматривали деньги в бюджете, а только говорили?

- Когда 5 или 6 лет назад мы заставляли маршрутчиков убирать старые маленькие «ГАЗели», то вспомните, сколько шума было: «Сальдо притесняет, заставляет, а мы не можем, мы кредиты не потянем!» Справились же с ситуацией и пошли дальше. Так что нельзя говорить, что ничего не делается.

- Я говорю о том, что в последние годы не происходит качественных изменений, старые маршрутки убрали, сделали нужное большое дело и как бы успокоились…

- Совершенству нет предела. Главное – идти вперед. Просто надо понимать, что такие серьезные изменения не происходят по мановению волшебной палочки. Справимся мы и с проблемой дисциплины. Будем жестко требовать с перевозчиков выполнения тех обязательств, которые они на себя брали, когда становились победителями конкурса. Контроль у нас слабый, а ответ­ственность у перевозчиков плохая, они могут себе позволить обманывать. Нужна четкая координация с контролирующими органами.

Подводя итоги
- Владимир Васильевич, на подходе конец года, пора подводить итоги. Что вы можете записать себе в актив? А что не удалось сделать? Вот, например, с уличным освещением в Херсоне в этом году стало лучше, а дороги – всё хуже и хуже...

- Дороги сыпятся, нужны деньги, чтобы их содержать, причем не просто деньги, а большие деньги. Когда я начинаю депутатам говорить, что на дороги нужно больше средств выделять, у них сразу срабатывает: «Ага, если деньги будут, дороги начнут приводить в порядок, а значит скажут, что Сальдо справляется с задачами. Нельзя допустить, чтобы это стало его заслугой».

Теперь об итогах. Изменилась экономическая ситуация и это отразилось абсолютно на всех отраслях городского хозяйства. Например, мы планировали увеличить ассигнования на ремонт дорог раза в два. В итоге сделали меньше, чем в прошлом году. Хотели провести работы по улучшению систем магистральных и внутридворовых теплотрасс в рамках прошлогодних объемов. Однако сделали в три раза меньше из-за того, что были долги за прошлый год. Планировали улучшить систему освещения на 30%, увеличить число светоточек. Не удалось, зато сохранили то, что было. Практически остановилось капитальное строительство, не продают землю, нет заявок: даже те, кто хотел выкупить землю под своими строениями, отказались.

- Давайте теперь о хорошем.

- В этом году нам удалось более тщательно подготовиться к отопительному сезону. Херсонская ТЭЦ отремонтировала наиболее сложный участки – в районе университета по улице 40 лет Октября. Удалось продолжить сотрудничество с неравнодушными состоятельными людьми города и установить 4 полнокомплектные детские площадки в разных микрорайонах. В этом году реконструирован мост на Нефте­гавани. «Райффайзен банк Аваль» я попросил привести в порядок сквер по улице Ленина. Сквер Заботина смогли сделать, Пушкинский сквер, принята Стратегия экономического развития Херсона.

- Вы говорите «мы сделали». В чем ваша заслуга?

- Именно я добился, чтобы все это было сделано. По мосту я выслушивал, что этого не надо делать: мол, я там живу и все для себя делаю. По дет­ским площадкам конкретно я привлекал предпринимателей, разговаривал с ними. Как я это делал, не буду говорить. Кстати, в начале года президент Ющенко рекомендовал не проводить Дни города, так как это очень затратное дело. А я деньги нашел, предпринимателей организовал. Одним словом, не было б «я», то и «мы» не было бы. Многое зависит от руководителя. Мне бы очень хотелось, чтобы и общественные организации подключились к общему делу, чтобы они соревновались друг с другом только не по количест­ву проведенных митингов, а по количеству сделанных добрых дел.