«Виновным в умышленном убийстве себя никогда не признаю!»

Виктор, сам вызвавший милицию, настаивал на том, что первый его выстрел в колесо мотоцикла, на котором приехали воры, был предупредительным. Стрелять на поражение он стал лишь после того, как рядом, по его словам, просвистела пуля, выпущенная одним из злоумышленников из обреза малокалиберной винтовки.

Расследование случившегося шло долго и трудно. Уголовное дело из суда возвращалось на доследование, сменили друг друга три следователя, для проверки показаний обвиняемого были проведены многочисленные экспертизы. Перед каждым судебным заседанием фермеры чуть ли не со всей Украины пикетировали здание суда, требуя оправдательного приговора для человека, который, по их глубокому убеждению, защищал не только государственное имущество, но и свое право работать на земле. Родственники погибших требовали наказать убийцу. Жители окрестных сёл считали действия фермера оправданными, но чрезмерно жестокими. Общественное мнение разделилось.

Через два года после трагедии Апелляционный суд Херсон­ской области осудил Виктора Тримбача к 15 годам лишения свободы. Максимальным наказанием могло быть пожизненное заключение, а до отмены смертной казни – расстрел.

После этого интерес отечественных СМИ к истории угас. Но была ли поставлена точка?

Выяснилось, что семья Виктора, опасаясь косых взглядов окру­жающих, еще до суда покинула хутор. Переселиться ей помогла Ассоциация фермеров Украины. Но вот куда? Связаться с Людмилой и Виктором Тримбачами мне удалось лишь после неоднократных попыток. Их родственники полагали, что после всего случившегося супруги вряд ли захотят ворошить прошлое, но их опасения не оправдались. С Виктором и Людмилой мы проговорили по телефону больше часа. И вот что они рассказали.

После первого приговора в порядке кассации Виктор Тримбач обратился в Верховный Суд Украины, который принял во внимание, что бывший военный застрелил троих воров, защищая государственную собственность. И отменил решение Апелляционного суда, назначив ему наказание
в виде уже не 15, а 10 лет лишения свободы. На судебных заседаниях присутствовала омбудсмен Нина Карпачёва.

Когда Виктор этапом прибыл в зону, там его уже ждало прошение о помиловании, написанное членами его семьи президенту Леониду Кучме. Ни сотрудники пенитенциар­ной системы, ни отбывавшие наказание не помнили, чтобы помилование приходило так быстро. Виктора уверяли, что стараниями Ассоциации фермеров Украины вопрос о его помиловании уже практически решен положительно, но для запуска юридического механизма нужно, чтобы и он собственноручно написал такое прошение президенту.

«Написать прошение о помиловании – значит признать вину, – говорит Виктор Тримбач. – Я был готов согласиться с тем, что дейст­вовал, превысив пределы необходимой обороны. Виновным же в умышленном убийстве себя никогда не признаю! Поэтому прошение о помиловании писать не буду.
Я офицер и мастер спорта по биатлону. Если бы я намеренно хотел убить тех парней, то мог бы перестрелять их не выходя из дома».

На президентских выборах 2004 года активисты Ассоциации фермеров Украины заявили, что ее члены будут голосовать за того кандидата, который даст обещание помиловать Тримбача. Вопреки уговорам жены Людмилы и друзей фермер отказался просить помилования и у нового президента
Украины Виктора Ющенко. Видя такое упорство, Людмила снова обратилась уже к жене президента – Катерине Ющенко. И в 2006 году глава государства издал указ об уменьшении срока наказания для Виктора Тримбача на 2 года. Практически сразу же после этого он был освобожден условно-досрочно, проведя в СИЗО и учреждении исполнения наказаний 6 лет из определенных приговором десяти.

Сейчас Виктор Тримбач с семьей живет в Днепропетровской области, занимается фермерством и внедрением в производство своих изобре­тений в области экологически чистых строительных материалов. В Европейском суде по правам человека в Страсбурге он продолжает вести процесс против государства Украина, требуя признать, что убийст­во он совершил не умышленно, а лишь превысив пределы необходимой обороны. Также он просит выплатить ему 60 тысяч евро прямого и 200 тысяч евро морального ущерба, причиненного, по его мнению, несправедливым приговором суда.

«Мне жаль погибших, но я сделал то, что сделал. Ведь я много раз просил их не воровать. Поступил бы я сейчас иначе? Не знаю. Время вспять не повернешь», – сказал Виктор автору этих строк...

Кирилл ГОРЕЛОВ