Архив
 |
 |
 |
|||
|
|
|||||
последние номера
Издания:|
|
| Архив / 2008 / Гривна-СВ / № 27 / Собаки пополняли казну Херсона |
|
Собаки пополняли казну ХерсонаСергей НИКИТЕНКО // Гривна-СВ № 27 (346) 27.06.2008 (стр. 13) Жителям дореволюционного города приходилось ежегодно выплачивать налог за своего четвероногого друга
Этот небольшой медный жетон, представленный на фото, хранится в коллекции моего знакомого. Вещь привлекла моё внимание своей необычностью: одна сторона жетона сообщает, что он – для собак, имеет № 900 и выдан ХГУ (Херсонской городской управой). На обратной стороне изображена лежащая собака и две надписи: «1 района» и «1914 год». Причем год перебит на 1915-й, скорее всего, самостоятельно. Что же это за вещица? Собачий жетонОказывается, это собачий жетон. Известны несколько видов и множество типов подобных жетонов. Самые распространенные такие: жетоны уплаты налога на собак, жетоны регистрации собак, жетоны ветеринарного контроля за собаками, учетные жетоны служебного собаководства, памятные жетоны, породные жетоны, сувенирные жетоны. Наш жетон – свидетельство уплаты налога за собаку. Другими словами, хозяин, уплативший в горуправу налог за своего четвероногого друга, получил жетон как квитанцию об уплате. Практика применения таких жетонов имеет почти вековую историю. В литературе для коллекционеров описаны санкт-петербургские налоговые собачьи жетоны 1901 года и жетоны из Ростова-на-Дону 1904 года. Как же в начале прошлого века органы местного самоуправления регулировали отношения с собаководами? Сейчас трудно сказать, когда точно в Херсоне начали собирать «собачий налог». Однако можно предположить, что это новшество пришло к нам одновременно с появлением таких «поборов» в столице и других крупных городах. Ведь система уплаты налога за собак была не местным законотворчеством, а общегосударственным явлением. Как было сказано выше, первый жетон уплаты налога датирован 1901 годом. Вероятнее всего, в тот период обложили налогом и херсонских «Шариков», а точнее, их хозяев. Возможен ли налог без пользы? Неизвестно, как протекал процесс уплаты «собачьего» налога на протяжении 13 лет (1901–1914), но в январе 1914 года член Херсонской городской управы С. В. Марченко предо-ставил своим коллегам докладную записку о необходимости перемен в этом вопросе. По его мнению, первым делом нужно непременно уменьшить налог. А также соорудить три клетки для ловли бродячих собак и ассигновать средства для устройства вблизи скотобоен (нынешний район Сухарное) помещения для отловленных собак и яму для уничтожения их углекислым газом. В своём докладе Марченко подчеркнул, что существующий налог чрезвычайно обременителен для населения, в особенности для бедных кварталов окраины Херсона. Вследствие этого число собак не уменьшалось, а наоборот увеличи-валось. По сведениям горуправы, «жертвами налога на собак стали 1355 псов, от которых отказались их хозяева, и значительно увеличились случаи укуса бездомными и даже бешеными собаками обывателей». Следует сказать, что удовольствие содержать четвероногого друга стоило в то время не очень-то и дёшево – 2 рубля в год за одну собаку (для примера: 400 граммов хлеба стоили около 5 копеек). Конечно, для жителей центра Херсона, в большинстве имевших постоянный доход, это было немного. Однако скромно живущему населению Военного и Северного форштадтов, а также Забалки и Сухарного такая сумма была не по зубам. Налог нужно было платить раз в год – до 20 февраля сразу внести всю сумму. В противном случае на должника накладывали штраф. В проекте сметы доходов и расходов Херсона на 1914 год сбор с лошадей и собак составил 4500 рублей. Всё тот же Марченко доказывал коллегам, что налог, который введен для борьбы с бездомными собаками в городе, не приносит пользы. Он приводил такие цифры: в 1912 году в Одессу для бактериологических прививок было отправлено 109 человек, укушенных бешеными собаками. Тогда как в 1913 году – 184 человека. Борьба же с бродячими псами была провалена: в 1912 году было поймано 2245 собак и уничтожено 2133, а в 1913 году поймано 3100 и уничтожено 3000 псов. При явном увеличении цифр, по словам гласного Марченко, бродячих собак «не только не уменьшилось, но и увеличилось, чего такой город, как Херсон, больше терпеть не имеет права». А городская дума – противВ марте 1914 года думская комиссия приступила к рассмотрению «собачьего налога». Нужно сказать, что при этом страсти разгорелись нешуточные. Вот что писала об этом газета «ЮГъ»: «Главный аргумент защитников состоит в том, что жители разных районов города не должны платить одинаково. Некоторые гласные во главе с Марченко дрались как львы за уменьшение налога на собак, но дума оставила его неизменным…»Журналист газеты «Родной край» в своем памфлете писал: «Сама управа не признаёт Северный форштадт за центральную часть города во многих случаях, когда речь идет о благоустройстве. А лишь дело коснулось собачьего налога, то фор-штадты оказались центром. Так пожалуйста, сударыня комиссия, и водопровод на каждую улицу, мостовую и прочее, что подобает центральной части города. При таких условиях жители окраин несомненно заплатят и по два целковых за собаку». На одном из заседаний комиссии гласные, сторонники уменьшения налога привели пример Харькова. Там дума пришла к выводу, что чем меньше будет налог, тем больше людей станет его платить – соответственно сумма сборов будет увеличена. Харьковские коллеги уменьшили налог до 25 копеек для населения всех частей города. Но херсонская комиссия оставила налог на прежнем уровне. Только в 1915 году жители Северного форштадта возбудили перед городской управой ходатайство о снижении налога до 50 копеек. В марте того же года налог был уменьшен для жителей третьей и четвертой части города (предместья) до 1 рубля и оставлен в старом виде для остальных жителей. На представленном на фотографии жетоне был исправлен год уплаты налога. Видимо, какому-то предприимчивому жителю центральной части города не хотелось расставаться с 2 рублями и он просто процарапал новую дату. Интересно, удалось ли ему провести чиновников? Традиция осталасьОбложение налогом собаководов-любителей продолжалось и по-сле Октябрьской революции. Свидетельство тому – жетон из медной жести с надписью: «Х.О.Ф.О., 1925–26 г.» с выбитым номером 2226, который хранится у московского коллекционера. Принадлежность этого жетона какому-то конкретному городу или региону на нём не обозначена. Однако первая буква наводит на мысль, что, возможно, и он имеет отношение к нашему городу... Кстати, ежегодный налог за собак в советское время постепенно перерос в единовременную уплату определенной суммы при регистрации животного. Фото из архива Юрия Аронова |