Архив
 |
 |
 |
|||
|
|
|||||
последние номера
Издания:|
|
| Архив / 2005 / Гривна / № 41 / Собачья работа |
|
Собачья работаВалерий ЛОПАТИН // Гривна № 41 (561) 06.10.2005 (стр. 3) Что мы говорим, читатель, когда по жизни у нас всё «ни в профсоюз, ни в Красную Армию»? А говорим мы: «Эхма, житуха собачья!» Такой же эпитет мы применяем, отзываясь иногда о своей нелёгкой работе. А вот херсонец Николай Андреевич Волонков то, чем он занимался последние 20 с небольшим лет, никогда не называл «собачьей работой». Хотя все эти годы работал с собаками. Он их убивал. Когда выстрелом из охотничьей двустволки, когда – из шприцемёта, когда – вручную, вводя шприцом большую дозу снотворного. Он вовсе не похож на узколобого душителя котов Шарикова из булгаковского «Собачьего сердца»: интересный собеседник, прекрасный рассказчик. Заядлый охотник, он держит дома трёх собак. На вопрос, не скребут ли кошки на душе, когда собак убивает, он ответил: «Жаль, конечно, животных. Но что поделаешь: работа такая. Да и людей жаль, которых они практически ежедневно на улицах города кусают. Хотя некоторые люди, которых не попадали в подобные ситуации, клянут меня на чем свет стоит». Именно поэтому, кстати, фамилия героя публикации изменена: больно уж профессия у него, так сказать, неоднозначная. И ведь действительно, если хоть чуть-чуть душа в человеке присутствует, она болит, если на глазах убивают живое существо. Хотя душа и другие части тела не меньше болят, если это существо приложилось к вам зубами. Или, собравшись с собратьями, всю ночь лает под окнами. А ведь именно это мы, херсонцы, и имеем на сегодняшний день, ибо соответствующая служба в городе сегодня отсутствует, как таковая. - Когда-то, – вспоминает Николай Андреевич, – в городе работали 4 специалиста на четырех машинах. Нас снабжали и ружьями, и дробью, и спецодеждой. Рабочий день мы начинали с восходом солнца. Сначала обслуживали заявки ЖЭКов, отлавливая бродячих животных на их территориях. Затем 2–3 часа уходило на обслуживание заявок предприятий. Судозавода, к примеру. Там территория огромная, так что 20, 30, а иногда и до 50 бродячих собак мы ликвидировали. Потом мы отправлялись на заявки от населения: у кого безнадёжно больное животное, у кого – стало неуправляемым, хозяев кусает. Во всём этом есть свои нюансы, опыт только за многие годы пришёл. Из стаи в десяток собак подстрелить успеваешь 3–4. Остальные разбегаются. Это если из ружья. У шприцемёта – другой недостаток. Его чтобы в рабочее состояние привести – минут 15 нужно: ампулу отпилить, шприц набрать, давление воздуха в 5 атмосфер создать. Целиться нужно очень хорошо: попадёшь собачке, к примеру, в живот – снотворное не подействует, и она убежит. Вместе со шприцем стоимостью $ 27 и иглой стоимостью $ 3. Но даже если шприц попал куда следует, собака, бывает, бежит с ним ещё метров 300–400. Я, разумеется, за ней. Шприцемёт стреляет не- громко, не пугая собак. Наоборот, они, видя беспокойство своего сотоварища, группируются, и тогда, собаколов, держи ухо востро! Кстати, не приведи господь случайно попасть таким шприцем в человека: «скорая» должна будет успеть примчаться не более чем за 10 минут. Потом – отказ лёгких. Хочешь не хочешь, свидетелями происходящего становятся горожане. Многим это не нравится. Закрыли нашу службу когда-то. А вскоре в самом центре города возле какого-то гастронома бродячая собака потащила колбасу из сумки жены тогдашнего губернатора. Женщина пнула пса, тот и грызанул её за ногу. В тот же день родилось губернаторское постановление: службу собаколовов восстановить! В общей сложности я увольнялся 4 раза. И каждый раз возвращался по просьбе представителей коммунальной власти города. Звучали твёрдые обещания выдавать и спецодежду, и запчасти на ремонт автомобиля, и деньги на бензин, и зарплату своевременно выплачивать. Обещания остались лишь обещаниями. По всем пунктам. Патроны – за свой счёт, чтобы зарплату хоть теоретически начисляли. На моё место брали других людей, но ни один долго не удержался. Нервы нужны крепкие. Нет, не для того, чтобы собаку убить: охотник ведь, не нервничая, стреляет в лису, зайца, утку. Чем собака отличается? Нервы крепкие, нужны, чтобы с ружьём в руках спокойно общаться с гражданами, которые с балконов, не таясь, мечут в тебя литровые банки с закаткой, матерят и даже выбегают во двор, чтобы «отомстить» за выстрел в бродячую собаку. Нервов вообще много нужно. И когда пешком с 8-го этажа на себе несёшь усыплённого по просьбе хозяев 60-килограммового дога, а у него от укола расслабились мочевой пузырь и кишечник, и всё это льётся прямо на тебя. Или когда руки в крови из раны после выстрела: кожаных рукавиц никогда не выдавали, брезентовые – в дырах, а у собаки возможно одно из 22 (!) свойственных ей инфекционных заболеваний. Опасных и для человека. Бывает, по несколько раз в день переодеваться приходилось. А каких нервов стоит проезд к могильнику по перерытой «металлоискателями» городской свалке на 19-летнем грузовике с насквозь прогнившим дном? И всё это, сказал бы за «спасибо» – так и «спасибо» того не услышишь. Вот так, читатель, если вкратце, выглядит работа человека, мягко говоря, нестандартной профессии. Проблема бродячих животных у нас, как ни закрывай на неё глаза, существует. Наверное, не должны на улицах областного центра бегать своры диких собак, гадить на наши и без того грязные улицы, гоняться по ним за велосипедистами, будить ночью лаем горожан и грызть людей за ноги. Что говорить: жаль собачек – божье ведь создание. Многие в лицо кричат герою этой публикации «Убийца!». А многие благодарны «санитару города». Хотя «спасибо» не говорят. У нас это не принято. фото Виктора ЦЮЗЯ |