«Семейные» тюрьмы
Сергей ЯНОВСКИЙ // Гривна-СВ № 50 (57) 14.12.2002 (стр. 02)
По мнению психологов, проблема домашнего насилия так или иначе затрагивает большую половину украинских семей
В одном из сел Херсонской области родной отец три года держал в домашнем заточении собственную дочь. Изнасиловав 19-летнюю девушку, он испугался разоблачения и запер её в четырех стенах. Насильник держал свою жертву впроголодь и для острастки бил. Однако соседи и родственники ни о чём не подозревали. Им он сказал, что девушка уехала на заработки. Однажды узница улучила момент и выбежала во двор, что-то крича. Соседи услышали крики «уехавшей» девушки и попросили сотрудников одной из общественных организаций проверить, что происходит.
- Под видом врача в дом проникла женщина-юрист. Ей удалось украдкой переброситься несколькими словами с девушкой, выразившей желание вырваться из плена. Мы известили о ней милицию. Правоохранители сейчас занимаются её освобождением и решают, какого наказания заслуживает отец-тюремщик, – рассказала на пресс-конференции психолог-координатор программы по предотвращению домашнего насилия Людмила Кумпан.
В Херсонской глубинке развивается целая индустрия не только сексуальной, а и коммерческой эксплуатации «по-семейному». Двое жителей Каланчакского района Херсонщины арестованы за вывоз в Польшу 12 матерей-одиночек с 14 ребятишками возрастом 2-10 лет. Женщинам сулили работу по фасовке партий гуманитарной помощи, а вместо этого заставили побираться на людных улицах. С ведома мамы, 10-летнего мальчика принуждали изображать калеку, высиживать целыми днями без движения в инвалидной коляске. После нескольких месяцев такой жизни у ребёнка и впрямь отнялись ноги. А одна из нищенок поневоле по возвращении в Украину угодила в больницу с открытой формой туберкулеза.
- «Экспортеры» нищих содержали их в общем гостиничном номере, после «работы» обыскивали и беспощадно избивали за каждый утаенный злотый, – говорит начальник отдела по борьбе с преступлениями в сфере торговли людьми управления МВД в Херсонской области Алексей Бер-Тамоев.
На взгляд непосвященных, две эти истории мало связаны между собой. Но, по мнению психологов, обе они «уходят корнями» в проблему домашнего насилия, которая так или иначе затрагивает большую половину украинских семей. Привыкнув «давить» на домочадцев физически и психически, иные наши сограждане изначально готовы воспринимать ближнего если не как вещь, то, по крайней мере, в качестве «средства производства». А поскольку моральные барьеры убраны, возможно всё – от заточения собственных детей в импровизированную темницу до продажи их в сексуальное либо иное рабство. И помощь жертвам оказывать почти что некому. Если в маленькой Швеции, к примеру, действует 135 кризисных центров, где женщины с детьми могут «пересидеть» домашнюю бурю, то в Украине таких «убежищ» всего три – в Киеве, Одессе и Харькове. Правда, в следующем году подобный центр откроется и в Херсоне. Одна из феминистских организаций уже подобрала для него помещение. Остановка – за его обустройством, наймом охраны, квалифицированных юристов, медиков и социальных работников.
|