Архив
 |
 |
 |
|||
|
|
|||||
последние номера
Издания:|
|
| Архив / 2005 / Гривна-СВ / № 19 / Работа над ошибками |
|
Работа над ошибкамиСергей ЯНОВСКИЙ // Гривна-СВ № 19 (182) 06.05.2005 (стр. 2) По делу об убийстве студента его семья требует привлечь к ответу… следователя
Майор Владимир Сильницкий полжизни отдал службе в армии. Владимир Павлович считался отличным специалистом по бронетанковой технике, но после выхода в запас поневоле осваивает юриспруденцию. И не хотелось бы на склоне лет забивать седую голову процессуальной казуистикой, да жизнь заставляет. Прежде майор Сильницкий защищал Родину, а нынче отстаивает право добиться возмездия за убийство сына, с которым ох как не спешат правоохранительные органы. На свете Тарас Сильницкий прожил всего 19 лет, и окружающие души в нем не чаяли. Еще не закончив школу в родном Скадовске, Тарас поступил в Киевский политехнический институт. Чтобы не быть родителям обузой, в столице студент подрабатывал экспедитором частной фирмы. А приезжая домой на каникулы, брал отцовские «Жигули» и на них «таксовал». В августе 2003 года легковушку Сильницких нашли сгоревшей на обочине дороги у села Приморское Скадовского района. Рядом с проломленной головой лежал Тарас. Через несколько дней в одном из баров скадовская милиция задерживает 34-летнего Андрея Нифонтова (фамилия изменена). Прохожая указала на него как на человека, ограбившего её. Однако на шортах задержанного заметили пятна крови, которая по биологическим характеристикам совпадала с кровью погибшего студента. На Андрее были кроссовки, снятые с ног Тараса Сильницкого, – их тоже опознали. Подозреваемый признался в совершении преступления: ударом гаечного ключа Нифонтов «расплатился» за проезд, а машину поджег, чтобы замести следы. В общем доказательств вроде бы достаточно, и следователь Скадовской райпрокуратуры Сергей Цыганский готовит дело к передаче в суд. Все точки над «і» как будто расставлены, однако Владимира Сильницкого начинают обуревать сомнения касательно крупных и мелких «нестыковок». При осмотре «Жигулей» в замке отсутствовал ключ зажигания, а в прокуратуре хозяину автомобиля пояснили, что он «сгорел». Такое же объяснение прозвучало и на вопрос о мобильном телефоне. Но ключ зажигания и мобильный телефон – это как раз та техника, которая при температуре горения в салоне автомобиля полностью расплавиться не может. Что-то должно было сохраниться, но никто и не думает искать это самое «что-то»! А ведь упомянутая подробность семье Тараса кажется крайне существенной. «Наутро после убийства моя жена и знакомый звонили по номеру мобильного телефона сына. Трубка не отвечала, но и не была отключена», – уверен Владимир Сильницкий. Трубку и ключ мог присвоить сообщник убийцы, которого он не выдал. Кроме этих несоответствий в деле фигурирует целая серия странностей. Отец Тараса заявил ходатайства о том, чтобы следствие изъяло распечатку телефонных звонков с мобильника сына и проанализировало выявленные несовпадения с той версией, на которой настаивал арестованный. Однако следователь даже не приобщил их к направленному в суд уголовному делу: приведенные Владимиром Сильницким факты «искажали» выстроенную сыщиками картину преступления. Впоследствии Голопристанский райсуд ответил майору запаса, что его ходатайства государственным обвинителем «были ошибочно приобщены к материалам наблюдательного производства». Но это не единственная «ошибка», допущенная следствием. Как установил все тот же суд, следователь Цыганский грубо нарушил права на защиту Андрея Нифонтова. Он родился в Душанбе, всю жизнь прожил в России и попросту не понимал украинского языка, на котором было написано обвинительное заключение, протоколы осмотра места происшествия, допроса потерпевших и свидетелей. Арестованный неоднократно просил представить ему переводчика, однако следова-тель Цыганский ограничился тем, что собственноручно перевел на русский язык фрагмент обвинительного заключения… без его резолютивной части. Владимир Сильницкий потребовал привлечь следователя районной прокуратуры к уголовной ответственности по подозрению в нарушении сразу четырех статей Уголовно-процессуального Кодекса. Но прокуратура его заявления в который уж раз проигнорировала. Более того! Когда суд отправил уголовное дело на дополнительное расследование, его поручают вести опять-таки Сергею Цыганскому. Результат: с момента убийства Тараса Сильницкого прошло уже почти два года, а приговора по делу как не было, так и нет. Все это время подозреваемый «парится» в камере, а семья убитого студента так и не узнала правды об истинных обстоятельствах его гибели, безуспешно добиваясь справедливости в различных инстанциях. Не надолго ли в районной прокуратуре затянулась «работа над ошибками» следователя? |