Против собак город безоружен

«Как меня укусила собака» (письмо херсонца): «6 января утром, когда я шел на работу, в районе Диагностического центра по улице Котов­ского подвергся нападению стаи собак, обитающей на территории стройки. И “получил” укус ноги.

Я слышал, что ранее такие же случаи агрессивного нападения животных на людей происходили и на Жилпоселке, и в Таврическом микрорайоне. Знакомые рассказывали, что собаки нападали на детей. И это могло даже привести к трагическим последствиям, не вмешайся взрослые.
А городские власти и в ус не дуют. В этом я убедился, когда решил найти в Херсоне службу, которая взяла бы на себя ответственность за произошедшее со мной и могла бы принять меры.

Поскольку мой случай имел место в Суворовском районе, я сразу позвонил зампреду Суворовского райисполкома. Набираю городской номер 22-38-33 .

- Это не к нам вопрос. Звоните в горисполком, – ответили мне.

Дежурный горисполкома (телефон 22-32-43) вообще меня “послал”:

- Такие жалобы не принимаем и не регистрируем.

Звоню диспетчеру по чрезвы­чайным ситуациям и вопросам жизне­деятельности города (телефон 49-50- 44). Там мне сказали:

-Такие жалобы не фиксируем. Это дело горжилуправления, обратитесь к ним.

В горжилуправлении (телефон 22-44-84) тоже дали понять, что бродячие собаки, которые бросаются на людей, могут чувствовать себя
в полной безопасности:

- В настоящее время служба не укомплектована, можем записать адрес обитания стаи для принятия мер в дальнейшем.

Звоню в городскую СЭС по теле­фону 49-20-70 (все-таки уличные дворняги могут быть переносчиками бешенства). Но собачьи стаи там тоже никого не волнуют:

- Обращайтесь к нам, но после серьезного укуса.

В милиции, куда я тоже решил позвонить по телефону 102, ответили что при серьезном ЧП по заявлению могут составить акт или протокол. Но является ли укус за ногу серьезным ЧП?

Выслушав реакцию ответственных служб города, я понял, что никто этим вопросом, в сущности, не занимается. Защититься от бродячих собак могут лишь сами горожане – если будут обходить места, где обитают стаи».

Отлавливать собак нам запретили! (то, что с удивлением вы­яснила журналист)

«Отлова бродячих собак сейчас действительно практически нет, – не стал отрицать начальник отдела Главного управления по вопросам жизнедеятельности Херсона Владимир Белоножков, к которому автор этих строк обратилась с просьбой прокомментировать ситуацию. – Понимаете, в чем проблема: у нас есть некая общественная организация, лидер которой фанатично обеспокоена всей гаммой переживаний
и ощущений бродячей собаки, которой ввели усыпляющий препарат. И эта дама постоянно строчит жалобы в прокуратуру, запросы в другие контролирующие органы. В результате служба по отлову животных, которую мы создавали и поддер­живали с большим, надо сказать, трудом, вообще не может работать: идут проверка за проверкой. Из-за недостатка финансирования мы не можем отлавливать собак по всем правилам и европейским нормам. Да, у нас нет специального автотранспорта, в городе нет крематория для усыпленных собак. Формально, одно отсутствие крематория – уже основание для того, чтобы запретить работу по отлову собак. Даже если найти в городском бюджете 150 тысяч на строительство крематория для животных, построить его смогут все равно только через полгода. А до этого ветеринарная служба запрещает саночистку».

Выходит, власти не желают тратить средства и создавать условия для цивилизованного отлова собак, а делать это как придется не позволяют контролирующие органы и сердобольные лидеры общественных организаций (которые, возможно, тоже перегибают палку). Опять же, запрет со стороны ветеринарной службы дает формальное право не заниматься данным вопросом вообще: мол, мы бы рады, но у нас связаны руки.

Пока горожан хватают за ноги одичавшие братья наши меньшие, в исполкоме предпочитают делать вид, что особой проблемы не существует.