Похищенные мобилки – бедствие для милиции

есть ли шансы?

Сотрудники имущественных отделов уголовного розыска, особенно в райотделах милиции Херсона, буквально захлебываются от вала заявлений о кражах, и не только мобилок. С оперов гораздо строже спрашивают за раскрытие более тяжких преступлений. Поэтому до поиска мобилок у них просто руки не доходят. Украденный телефон по заявлению пострадавшего, конечно, ставят на учет – в базу данных украденных вещей и в отдельную базу краденных мобилок. Причём в зависимости от их стоимости.
 

Кроме того, милиционеры часто проводят рейды по торговым точкам и сверяют IMEI-коды (номер самого аппарата) «бэушных» телефонов
с базой краденых мобилок. А еще все похищенные телефоны стоят на «прозвоне»: как только украденный телефон «заговорил», сыщики опре-
деляют его местонахождение. И если он находится в нашей области, его изымают.
 

не всё так просто, как кажется...

- Похищенные мобилки – это настоящее бедствие для оперативников, – с грустью говорит начальник уголовного розыска облУМВД подполковник милиции Сергей Дёров. – Только за первое полугодие прошлого года было возбуждено 150 уголовных дел по грабежам мобильных телефонов, а раскрыто 105. По кражам мобилок за тот же период было возбуждено 183 уголовных дела, раскрыто 107.
 

В 2009 году ситуация хуже: за полгода по грабежам мобилок возбуждено 134 уголовных дела, раскрыто 72. По кражам возбуждено 177 дел, раскрыто 70.
 

Такой всплеск «мобильных» преступлений и снижение их раскрывае-мости объясняется, прежде всего, кризисом и безработицей. Да и преступники стали хитрее: похищенные мобилки они стараются «сплавить» на другой конец страны. И если наш пропавший телефон «заговорит», к примеру, в Западной Украине – херсонская милиция его искать не будет: на это нет средств. Стоимость билетов в оба конца, проживание, питание и командировочные расходы хотя бы для двух оперов чаще всего значительно превышают стоимость похищенного телефона. Милиция поедет в другую область за украденным телефоном только в том случае, если он поможет раскрыть убийство или если похищение телефона сопровождается другими «тяжкими» статьями Уголовного кодекса.

Вообще, я считаю, что в каждом райотделе милиции нужно открыть отделы по раскрытию «мобильных» преступлений, причем с соответст-вующим оборудованием.

Хуже другое. Совсем недавно Верховная Рада приняла закон, по которому уголовное дело возбуждается, если стоимость похищенного имущества составляет 60,5 гривни и выше. Раньше эта планка была на уровне 907,5 гривни. Безусловно, люди с радостью приняли эти изменения в законодательстве. Но что делать нам? Штат сыщиков и следователей остался прежним, а нагрузка на них резко увеличилась в 12 раз! И зарплату нам не добавляют, не говоря уже об остальных статьях расходов: на бензин, агентуру, командировочные, дополнительное оборудование... А за раскрываемость и «мобильных» преступлений, и всех остальных будут спрашивать, как прежде. Поэтому наши сотрудники, не выдерживая таких моральных и физических нагрузок, уходят из милиции. А граждане, которым мы не нашли украденную мобилку, считают, что мы ничего не делаем и не хотим делать...

неужели такое будет?!

В западных странах украденный телефон ищут по IMEI, и когда он включается, у мобильного оператора высвечивается информация о том, что аппарат заработал, даже если он с другой сим-картой. Так же можно определить и его местонахождение.
В Европе операторы имеют право заблокировать аппарат с помощью IMEI-кода.
 

В Украине с 1 июля 2009 года вступил в силу запрет на продажу мобильных телефонов, коды IMEI которых не внесены в общую базу данных. Если покупатель приобретет телефон, ІМЕІ-код которого отсутствует в этой базе, время работы такого телефона в сети любого мобильного оператора составит три месяца. Затем его отключат.
 

Правоохранители надеются, что нововведение поубавит интерес воров к кражам мобилок. Ведь после блокировки телефон можно использовать разве что только для запчастей. Но пока что украинские операторы не блокируют украденные мобильные телефоны, потому как ещё не разработан четкий механизм действия этого нововведения. Да и проверку наличия в базе данных кодов ІМЕІ собственных мобильных телефонов, которые в данное время обслуживают операторы, абоненты могут осуществить только после 30 сентября 2009 года.

10 дней на раскрытие преступления

Начальник городского отдела милиции Херсона полковник Сергей Луговой показывает другую сторону медали.
 

- В каждом районе Херсона в сутки, судя по заявлениям пострадавших, похищают 5–7 мобилок. Кроме этих краж, каждому сыщику нужно раскрыть еще с десяток более тяжких имущественных преступлений. Коли-чество папок с материалами в сейфах каждого оперативника ежедневно увеличивается. А вот срок, в кото-рый он должен раскрыть преступление, составляет всего 10 дней! В противном случае прокуратура будет «больно бить» за затягивание расследования.
 

Допустим, милиции известно, кто из карманных воров «пасется» в том или ином троллейбусе или маршрутке. Как правило, «карманник» никогда не работает один – с ним в паре всегда подельщик, а в троллейбусах их два или три. Карманного вора обязательно нужно поймать на горячем, причем так, чтобы тот не смог передать украденное «коллеге», который выскочит на ближайшей остановке и испарится с ворованным. Для того чтобы блокировать троллейбус, нужно минимум 4 опера и авто с парой дюжих сыскарей.
 

Предположим, воров удалось задержать с украденным. Их вместе с пострадавшими и свидетелями доставляют в райотдел. Еще, как минимум, часа 3–4 идет на допросы, заявления, объяснения, протоколы. Наконец часть дела сделана, но к тому времени на улице уже темно. А у шести сыщиков на «выходе» – одно (!) раскрытое преступление, и то не тяжкое. Начальство за такое «рвение» по головке не погладит.
Дальше – хуже. Чтобы труд сыскарей не оказался напрасным, им жизненно необходимо доказать причастность пойманного «с поличным» воришки к аналогичным преступлениям. А это еще довольно большой «кусок» оперативно-следственных мероприятий, который может растянуться, если не на месяц, то на пару недель точно.
Теперь, когда сумма минимального ущерба составляет 60 гривен, сколько нужно оперативников и следователей, чтобы раскрыть вал преступлений в установленный законодательством 10-дневный срок? Законодатели об этом не подумали или не захотели думать.
 

Мне кажется, что нам нужно перенять опыт наших российских коллег. Там похищение мобильных телефонов потеряло всякий смысл: как только в милицию поступает заявление о пропаже, оператор тут же отключает от сети телефон, и пользоваться им уже невозможно. При этом накроется весь бизнес по продаже «бэушных» телефонов.

И всё-таки ТЕЛЕФОНЫ находят!

Как херсонская милиция ищет украденные мобилки, пришлось испытать и нам. У журналистки «Гривны» украли в маршрутке № 30 мобильный телефон. Произошло это за считаные секунды – всю дорогу она держала аппарат в руке, а перед самым выходом, расплатившись с водителем, положила его в карман пальто. Выйдя из маршрутки на остановке у Центрального рынка, сразу полезла в карман – он был пустой. Автобус еще стоял, поэтому девушка зашла обратно и обследовала место, где сидела. Телефона, конечно, не нашла, зато заметила, что стоявший всю дорогу рядом высокий мужчина исчез – хотя выходить явно не собирался.
 

Она поехала домой за документами на телефон, а с ними – в Суворовский райотдел милиции. Написала заявление о краже. Правоохранители пообещали возбудить уголовное дело. Правда, в то, что мобилку найдут, нам мало верилось – как уже известно, не всё здесь зависит от милиции.
Но... Это было в начале апреля, а уже через 2,5 месяца милиция отыскала телефон и вернула его законной хозяйке. Благо, что украденную мобилку не вывезли за пределы области – тогда её точно не нашли бы. Телефон «молчал» почти два месяца – видимо, стоял где-то на прилавке среди
прочих «бэушных» аппаратов. А в начале июня сотрудники угрозыска облУМВД засекли, что он «заговорил», и изъяли телефон у того, кто его купил. Спасибо родной милиции!
 

кстати

Некоторые магазины бытовой техники до кризиса предлагали покупателям услугу страхования мобильных телефонов на случай их кражи или потери. Страховка на телефон ценой до 1 тысячи гривен составляла 15–25 гривен, за аппарат стои-мостью около 3 тысяч гривен – 65–70 гривен. По-Dидимому, когда украденный телефон можно будет заблокировать по ІМЕІ-коду, эта услуга будет уже неактуальна.