Архив
 |
 |
 |
|||
|
|
|||||
последние номера
Издания:|
|
| Архив / 2005 / Гривна / № 43 / Депутаты: не прикасаться — опасно! |
|
Депутаты: не прикасаться — опасно! // Гривна № 43 (563) 20.10.2005 (стр. 6) Депутатская неприкосновенность стала главной фишкой нынешнего политического сезона. Вброс этой беспроигрышной карты в топку уже порядком разогнавшегося локомотива избирательной кампании только подлил масло в огонь предвыборной борьбы
Плоды мясорубки под названием «выборы депутатов местных органов власти» нам предстоит увидеть уже в ближайшее время. Попытаемся разобраться, что реально несет за собой статус неприкасаемого для его обладателя и для тех, кого этот человек представляет, то есть избирателей. Итак, первое: депутатская неприкосновенность практически обеспечивает полную неподсудность, так как очень сильна корпоративная солидарность во властной среде. На примере Верховной Рады Украины мы имеем возможность в этом наглядно убедиться. И дело даже не в сложности процедуры привлечения к ответственности народных избранников. Дело в том, что любой орган власти – это VIP-клуб, где действует железное правило: ворон ворону глаз не выклюет. И если у кого-то на этот счет все же имеются некоторые сомнения, посмотрите на Леонида Кучму. У экс-президента нет нардеповского иммунитета, однако силовики – вчерашние оппозиционеры – к бывшему главе нашего государства, организатору и вдохновителю «кучморежима» отчего-то потеряли всякий интерес. А какие слова говорил в адрес «всем известного рыжего создания» Юрий Луценко, тогда еще не министр внутренних дел! Какую судьбу предрекал Леониду Кучме, без которого он видел будущее Украины! Кроме того, экс-глава государства уже давно не пользуется успехом у публики, и его арест (а ведь есть за что!) мог бы вызвать только положительный резонанс в нашем обществе. Но вернемся к нашим местным органам власти, где хотя и труба пониже, и дым пожиже, но все равно все повязаны очень тесно. Возможно, депутаты районных советов и желают друг другу недоброго, однако перспектива того, что люди, живущие в одном городе, а порой на одной улице и даже в одном доме, будут сдавать один другого, выглядит маловероятной. Таким образом, имеем свыше двухсот тысяч людей, фактически обладающих привилегиями прокурорских работников. С той лишь разницей, что у депутатов местных советов эти привилегии будут формализированы. Понятно, что на 99% правонарушителей со стороны членов касты новых неприкасаемых милицейские протоколы вообще не будут составляться. Только кровная месть может подвигнуть работника милиции запустить маховик законности в отношении лица, стоящего над законом. Впрочем, у кровников, говорят, другие методы. Аргументы в пользу депутатской неприкосновенности, что этот статус является гарантией от возможных политических репрессий, выглядят довольно-таки странно. В отличие от народных депутатов, представители местных советов не занимаются законотворчеством, их удел – одна лишь хозяйственная деятельность. Итак, пункт второй. Приобретение признаков большой политики на местном уровне неминуемо приведет к политизации городских и областных советов. То есть и сейчас, конечно, там имеется полный набор разноцветных фракций, однако с появлением привилегий «небожителей» у очень многих расправятся плечи, появится непреодолимое желание погорлопанить на трибуне и начисто пропадет интереск обустройству родного населенного пункта. Управы на таких деятелей не будет не только у правоохранителей. Для избирателей такие политики «новой волны» и «местного разлива» также останутся недосягаемы, так как отзыв депутата – явление для нашей страны пока что совсем неизведанное. Очень интересным выглядит третий пункт этого исследования. Сознание новоиспеченных неприкосновенных почти наверняка возбудит их к обустройству бытия по образу и подобию «старших братьев» – народных депутатов. Я уже вижу, как вокруг «братьев меньших» формируются команды советников, помощников и охранников (должен же кто-то обеспечивать неприкосновенность и во плоти!). Возражения, что среди счастливых избранников могут оказаться порядочные люди, не принимаются. Человек может быть трижды святым до вхождения во власть, но, войдя туда, становится грешен. Таким образом, неминуемо значительное увеличение расходов на содержание легиона неприкосновенных. Понятно, из бюджетных средств. Теперь к вопросу о криминалитете, который может творить свои темные дела под прикрытием депутатского мандата. Безусловно, криминал не может не воспользоваться этой возможностью. Насколько масштабным и опасным станет это явление, зависит от общего уровня криминальной обстановки в стране. Во всяком случае, не хочется верить, что в городских и сельских советах засядут разбойники образца начала и середины 1990-х годов. Что касается представителей большого бизнеса, который также в нашей стране во все времена не дружил с законом, то здесь, конечно, могут быть существенные интересы. Покупка недорогих по сравнению с расценками на места в списках в Верховную Раду Украины мандатов депутатов местных советов дает практически тот же иммунитет, что и у народных депутатов. А, кроме того, есть (или пока есть) и средний, и малый бизнес. И нет никаких сомнений, что многие представители торгово-производственного сословия приложат максимум усилий, чтобы обезопасить свой бизнес, получив депутатскую неприкосновенность. Впрочем, у правоохранителей при должном усердии останутся силы и средства, чтобы «щимить» если не владельца бизнеса, то сам бизнес. Технически это несложно, а опыт имеется колоссальный. Это вам не опыт Гонгадзе, тут святое – вопрос шкурный! Самый сложный вопрос: что получит украинский избиратель? Есть подозрение, что никто из поборников и претендентов на неприкосновенность не даст ответа на этот вопрос. Но не потому, что не знают, а оттого, что знают абсолютно точно – ничего! Впрочем, массовый забег за неприкосновенностью вполне может впоследствии оказаться фальстартом. Наш мудрый Президент не зря брезгливо отдал закон на экспертизу Конституционного суда. И этот уважаемый орган, изрекающий истину в последней инстанции, может взять и назвать вещи своими именами и настоять все-таки на том, что закон для всех один, а над законом только Бог, иначе это попросту беззаконие. Конституционный суд наверняка на такое способен, он еще не то сможет, если когда-нибудь соберется. Андрей Юрьев, УРА-Информ |