Архив
 |
 |
 |
|||
|
|
|||||
последние номера
Издания:|
|
| Архив / 2005 / Гривна-СВ / № 32 / А вы какого рода и племени? |
|
А вы какого рода и племени?Александр СКОРОХОД // Гривна-СВ № 32 (195) 05.08.2005 (стр. 4) Каждый из нас, ныне живущих, – это тоненькие веточки верхушки огромного многовекового древа, именуемого родословным
«Я не из кацапов-разинь,Я – дедом казак, другим – сечевик,а по рожденью грузин». Владимир Маяковский, 1927 г. Толкуется понятие «родословное древо» как перечень поколений одного рода, устанавливающий происхождение и степень родства. И так случилось, что почти все мы ничего не знаем о «ветках» потолще, расположенных ниже нас, не говоря уже о корнях родословного древа. Да и само слово «родословная» выпало из нашего обихода и считается чуть ли не архаизмом. Сегодняшнее старшее поколение, в лучшем случае, знает имена прадедушки и прабабушки, да и то, в основном, по одной линии родства: или отца, или матери. А на вопрос – есть ли у вас внучатый племянник – многие пожимают плечами, не зная об этой степени родства. Память родственных связей почти у двух поколений отбили большевики после октябрьского переворота 1917 года, провозгласив: «Кто был никем, тот станет всем!» Те, кто происходили из крестьянских и рабочих семей, автоматически становились, в советском понимании, благонадежными. Другие, у которых предки были знатны, подлежали забытью, а порой и физическому уничтожению. Не пощадил «самый человечный в мире» и царскую семью. В панике перед физической расправой или, в лучшем случае, перспективой стать «лишенцем» (физическое лицо и члены его семьи, лишенные прав гражданина советской республики) дворяне и купцы, заводчики и духовенство, именитые мещане и помещики уничтожали письма, фотографии, документы, удостоверяющие их принадлежность к бывшему правящему классу. Они меняли место жительства в Стране Советов, а еще сотни тысяч потенциальных лишенцев попросту эмигрировали за рубеж. Большевики достигли задуманного: разрыва в памяти, провала в родственных связях людей, в истории их рода. Пресловутая графа «социальное происхождение» долгие десятилетия портила нервы огромному количеству людей. А между тем, как во всем цивилизованном мире сегодня, в бывшей Российской империи родословные были чтимы. Существовал официальный «Гербовник», была «Родословная книга», ежегодно издавали «Столбцы» (перечень старейших родословий – «столбовые дворяне»). Тогда было хорошим тоном «ведать свой корень». Бездомных и беспамятных не чтили ни в одном обществе. Даже бывший крепостной Тарас Шевченко знал свою родословную на несколько поколений вглубь, поскольку это не преследовалось государственной властью. Восстановить свое генеалогическое древо в советское время было затруднительно по двум причинам: соединить в единое целое выброшенные самими предками звенья родовой цепи невозможно, а власти могли этот поиск неправильно истолковать в свете строительства коммунистического общества. И все же, несмотря на это в Херсоне есть такой человек, который, взяв за девиз слова «Кто ищет, тот всегда найдет», воссоздал свою родословную. Сегодня она едва умещается на специальном планшете формата 30Х210 см. К ней прилагается еще и пухлый альбом с фотографиями предков и родственников, а также их биографии, место жительства и степень родства с Виктором Адольфовичем Хмелем. Именно он отважился на воссоздание своего генеалогического древа, спиленного и порубленного в советское время. Виктор Хмель – художник, автор многих рисунков в газетах «Гривна» и «Копейкин и КО» – потомок известных промышленников Вадонов, много сделавших для Херсона. Что же подтолкнуло его взяться за столь трудный поиск корней своей родословной? - Юность обычно живет одним днем, не задумываясь о будущем и тем более о прошлом, – говорит Виктор. – Но проходит время, человек взрослеет, у него меняются жизненные ценности и наступает момент, когда он задумывается: «Какое место я занимаю в бесконечной цепи жизни многих людей, кто они, те, кто жили до меня или живут где-то рядом?» Однажды в херсонском краеведческом музее я остановился возле стенда, посвященного моему прадеду. И вдруг я ощутил необъяснимую грусть по тем временам и тем забытым людям, память о которых с каждым годом все больше стирается. Ведь наступит миг, когда исчезнет совсем! Появилась потребность приподнять занавес истории, увидеть близкие, но незнакомые лица родственников, ощутить размеренный образ их жизни, присущий ушедшему времени. Я начал поиски. Через близких родственников знакомился с дальними, собирал их фото, рассказы, семейные предания, рылся в архивах, рассылал запросы во многие республики бывшего СССР и зарубежные страны. Неоценимую помощь в составлении дерева рода мне оказала сестра бабушки Евгения Заславская. Через нее я вышел на родственников, живущих во Франции, Италии, Польше. На все это ушло ни много ни мало – 15 лет. Зато теперь передо мной почти полная картина моих сородичей. Сказать, что работа закончена, нельзя. Она продолжается, как и наша жизнь. Древо моего рода каждый год дает новые отростки. И я надеюсь, что мои дети продолжат мое дело, чтобы уже те своему потомству поведали корни их происхождения. |